Торжественная церемония открытия монумента Юрию Лужкову
Софья Рождественская — начальник управления государственного учета и экспертизы Департамента культурного наследия города Москвы;
Салават Щербаков — российский скульптор, педагог, профессор, академик Российской академии художеств.
СМИ
Расскажите, пожалуйста, о том, как велась работа.
РОЖДЕСТВЕНСКАЯ С.
Необходимо сказать, что этот памятник установлен по решению мэра Москвы Сергея Семеновича Собянина в год 90-летия Юрия Михайловича Лужкова. И место для этого монумента выбрано неслучайно. Дело в том, что здесь в непосредственной близости находится университет управления Правительства Москвы, который основал Юрий Михайлович и чье имя сейчас этот университет носит.
СМИ
Долго шла работа над этим проектом?
РОЖДЕСТВЕНСКАЯ С.
Вся работа заняла примерно чуть меньше года.
СМИ
Много было вариантов проектов?
РОЖДЕСТВЕНСКАЯ С.
Нет, не очень много. Было изначально понятно: был выбран автор, и было примерно понятно решение.
СМИ
Какие работы были выполнены под контролем департамента?
РОЖДЕСТВЕНСКАЯ С.
Департамент ведет полную координацию этого проекта: и церемонию открытия, и работы над самим памятником осуществлялась под нашим контролем, и какая-то необходимая помощь. И сейчас мы видим этот замечательный памятник со сквером и новое красивое пространство в центре Москвы.
СМИ
Расскажите, пожалуйста, как велась работа над памятником? Из чего он сделан? Можем ли сказать, сколько тонн металла?
ЩЕРБАКОВ С.
Памятник — тут два материала: это гранит и бронза. Бронзовая фигура, бронзовая надпись «Мэру Москвы Лужкову» — такой блок стоит — и карта Москвы тоже бронзовая. Остальное — гранит. И это гранитный амфитеатр. Сейчас много народу, и не видно: это место для того, чтобы люди отдыхали, сидели и беседовали, общались с Юрием Михайловичем.
СМИ
Как выбирали позу мэра? Как велась работа?
ЩЕРБАКОВ С.
Любой памятник, когда стоит задача, то сразу происходит выбор разных направлений. Нам помогла автор идеи — это Елена Николаевна Батурина. Это было важно, что он должен быть добрый, не пафосный, не величественный. Масштабы и прочее — это уже профессиональное. Памятник в две натуральные величины. Если он встанет, то он будет 3 метра 60 сантиметров. Такой масштаб нужен, потому что, когда маленькая фигурка, она проваливается, он должен быть близок, но достаточно виден.
СМИ
Я заметила, что многие пытаются пожать за руку.
ЩЕРБАКОВ С.
Да, жест этой беседы, и, кстати, на фото есть, он беседовал по-разному, бывало, когда он направлял, и рука была так вертикально. Это мы долго выбирали: это должно быть в сочетании с его мимикой, то есть с улыбкой, взглядом, этого добивались.
СМИ
Скоро рука заблестит.
ЩЕРБАКОВ С.
Наверное, так будет.
СМИ
Лучше не трогать?
ЩЕРБАКОВ С.
Нет, я думаю, как будет, так будет. Природа и люди — это все естественно.
СМИ
А вы по фотографии, скажите, подбирали позу?
ЩЕРБАКОВ С.
Позу выбирали, где он в похожей позе, как он сидит, как у него плечи, как голова. Был вариант без кепки, потому что думали, что более узнаваемый. Кепка может всех одинаковыми делать. Потом, значит, варианты сделали, выбрали все-таки его.
СМИ
Сколько времени заняла разработка?
ЩЕРБАКОВ С.
Где-то в районе года, мне кажется, примерно так. Там время, оно уже неважно. Тут дело не во времени: можно сделать быстро и очень хорошо, можно сделать долго и хорошо, а можно и плохо сделать. Тоже бывает.
СМИ
А скажите, карта Москвы, она имеет ту площадь, которая была при Юрии Михайловиче?
ЩЕРБАКОВ С.
Карта Москвы схематичная. Она сделана как карта метро: круги выровнены просто для схем, как мыслит человек, таксист или водитель. И там все, что касается до МКАД, и дальше мы растворяем, потому что уже было и Косино, и то есть Москва, она шире.
СМИ
Салават Александрович, а можно вам не касающийся памятников вопрос задать, просто про Москву? Вы коренной москвич, скажите, пожалуйста, а что вас именно вдохновляет в вашем творчестве? Что для вас Москва больше? Это собрание музеев больше или все-таки индустриальный такой мегаполис?
ЩЕРБАКОВ С.
Музеев — это точно, потому что, готовясь поступать в институт, я занимался во Дворце пионеров с семи лет, с шестьдесят второго года. И музей имени Пушкина — это наше домашнее совершенно просто место. Но в то же время Москва, она настолько контрастно менялась в течение двухсот лет. Москва дореволюционная, которую нам с моей сестрой-архитектором передавала наша бабушка и наши предки, а она училась здесь, в Епархиальном женском Филаретском училище, моя бабушка, а дед учился там, где я сейчас преподаю: это была школа живописи, ваяния и зодчества. Они учились рядом, но еще друг друга не знали, познакомились потом. И мы очень ценим Москву подлинную, дореволюционную. Потом Москва менялась, был конструктивизм, была архитектура высотки, сталинские здания. Сейчас технологичная — это вообще сейчас супергород.
И Юрий Михайлович — часть этого процесса. И мы к Москве относимся с любовью ко всем ее разным сторонам и разным проявлениям. Даже когда было и трудно, и бедно, Москва все равно была москвичам родной. И Юрий Михайлович участвовал в том, чтобы вдохнуть эту энергию.
Но мы очень любим с моей сестрой-архитектором и с моими детьми и внуками дореволюционную Москву. Это ценнейшая вещь, которую нужно сохранять. Традиции передавать, и сейчас этим тоже все занимаются.
СМИ
А назовите эти улицы, где вы любите впитывать это вдохновение?
ЩЕРБАКОВ С.
Моя прабабушка жила недалеко от Андроньевского монастыря, потом Зарядье, Армянский переулок, Чистые пруды. Я родился на Бережковской набережной, ходил в семьдесят четвертую школу на Мосфильмовской. И много мест, очень много. Каждый уголочек вспоминаешь, он с чем-то обязательно связан. Это как родной дом.